Сайт Расказов

Я настаивал, что куплю все сам...

uchi — Mon, 24 Jun 2013 02:45:43 GMT

Я настаивал, что куплю все сам, но в итоге за

все заплатила она.

- Да вся родня надо мной смеяться будет, если я племяннику позволю за

продукты заплатить, - сказала Рэйко. - да и денег у меня порядочно. Так что

не волнуйся. Сам понимаешь, как бы я без копейки в путь отправилась?

Мы вернулись в дом, и Рэйко помыла рис и поставила его вариться, а я

протянул шланг и приготовил все для жарки сукияки на веранде.

Когда приготовления были закончены, Рэйко достала из футляра свою гитару,

уселась на веранде, где уже было темно, и мыдленно, точно проверяя настройку

инструмента, сыграла фугу Баха.

Играя небрежно, как попало, то нарочно исполняя сложные места помедленнее,

то проскакивая их побыстрее, но в то же время и как-то сентиментально, она

любовно прислушивалась ко всем этим ритмам.

Когда Рэйко играла на гитаре, она напоминала семнадцатилетнюю девочку,

разглядывающую понравившееся платье. Глаза ее сверкали, напряженные губы

шевелились, и временами улыбка пробегала по ним за какое-то мгновение

смутной тенью. Закончив играть, они прислонилась спиной к столбу и о чем-то

задумалась, глядя в небо.

- Можно с вами поговорить? - спросил я.

- Да пожалуйста, я просто от голода задумалась, - сказала Рэйко.

- Вы с мужем и дочкой встречаться не будете? Они же у вас в Токио?

- В Йокогаме, только не поеду я к ним. Я же тебе говорила уже? Им со мной

лучше отношений не иметь. У них своя новая жизнь, чем больше мы встречаться

будем, тем только мучаться больше будем. Лучше всего будет нам не видеться.

Она смяла и выбросила опустевшую пачку "Seven Star", достала из чемодана

новую и взяла сигарету в рот. Но поджигать не стала.

- Я человек конченный. То, что ты видишь перед собой, не более чем

остаточные воспоминания. Все, что было во мне, чем я дорожила, давным-давно

умерло, и я всего лишь живу, следуя этим воспоминаниям.

- Все равно, мне вы нравитесь такой, какая вы сейчас. Остаточные

воспоминания, не остаточные.

Я хотел попить пива, пока она...

uchi — Mon, 24 Jun 2013 02:45:33 GMT

Я хотел попить пива, пока она не придет, но в ресторане стало

людно, и мне пришлось сделать заказ и поесть.

Я закончил есть в 12:35, но Мидори все не было.

Я заплатил за обед, вышел наружу, сел на каменных ступенях небольшого

синтоистского храма напротив ресторана и до часа дня прождал ее, пока

выветривались остатки пива, но и тогда она не пришла. Я махнул рукой и пошел

в библиотеку. Затем к двум часам пошел на лекцию по немецкому языку. После

лекции я пошел в студотдел, взял журнал посещаемости и в группе "Истории

драмы II" поискал ее имя. К счастью, с именем Мидори был только один человек

- Кобаяси Мидори. Затем я порылся в картотеке со списками студентов, нашел

среди поступивших в 1969 году Кобаяси Мидори и записал ее адрес и телефон.

Адрес принадлежал частному дому в районе Тоёсима. Я зашел в будку

телефона-автомата и медленно набрал ее номер.

- Алло, книжный магазин Кобаяси слушает, - ответил мужской голос. Я

смутился, услышав слово "книжный магазин".

- Извините пожалуйста, я Мидори ищу...

- А Мидори сейчас нет.

- Она на занятиях?

- В больницу, вроде, пошла... А ваше имя как?

Я не стал представляться, просто поблагодарил и повесил трубку. В больницу?

Травму получила или заболела и в больницу пошла? Но в голосе у мужчины не

чувствовалось беспокойства такого рода. "В больницу, вроде, пошла..." Это

было сказано так, точно больница была частью ее жизни. Таким тоном можно

было сказать, что она пошла в магазин рыбы купить.

Я попробовал разобраться в своих мыслях на этот счет, но мне это наскучило,

и я бросил думать, вернулся в общежитие и дочитал, лежа на кровати, книгу

джозефа Конрада "Lord Jim", одолженную у Нагасавы. Затем отнес ему книгу.

Нагасава как раз собирался пойти поесть, и мы вместе пошли ужинать.

- Как экзамены в министерство? - спросил я. Второй этап высших экзаменов

Министерства иностранных дел был в августе.

Нагасава равнодушно ответил :

- Нормально. Тут-то и со средними результатами проходишь.

Неплохо было бы, если бы умел

uchi — Mon, 24 Jun 2013 02:45:16 GMT

Неплохо было бы, если бы умел.

- Надо же, - сказал я, а сам никак не мог понять, почему она все время

говорит про музыку.

Она вынула из кармана пачку сигарет "Seven Star", зажала одну во рту,

прикурила от зажигалки и с удовольствием затянулась.

- Ах да, тебя же Ватанабэ зовут? Я тут подумала, что тебе кое-что надо

объяснить, прежде чем ты встретишься с Наоко. Поэтому придется тебе сначала

со мной побеседовать. Здесь все не совсем так, как в других местах, поэтому

если нет нужных знаний, будет немного сложно. Ведь так? Ты ведь об этом

месте пока мало знаешь?

- да, почти ничего.

- Ну что ж, если объяснять с самого начала... - начав было говорить, она

щелкнула пальцами, точно вспомнив что-то. - А ты обедал? Не голодный?

- Голодный.

- Тогда пошли. В столовой вместе поедим и побеседуем. Обед уже закончился,

но и сейчас, наверное, что-нибудь еще осталось.

Она пошла по коридору впереди меня легкой походкой, спустилась по лестнице и

на первом этаже направилась в столовую. Места в столовой было достаточно,

чтобы одновременно могли есть человек двести, но использовалась только

половина мест, остальные были отгорожены барьером. Чувство было такое, точно

вошел в столовую в зоне отдыха, где закончился сезон.

В обеденном меню были картофельный суп-пюре с лапшой, овощной салат и сок с

булочкой. Я уже знал об этом из письма Наоко, но овощи здесь и правда были

удивительно вкусные. Я съел все без остатка.

- Надо же, какой аппетит, - восхитилась женщина.

- Очень вкусно. да я к тому же с утра не ел толком.

- Может, доешь за меня? А то я наелась уже...

- да, хорошо.

- У меня желудок маленький, много не могу есть. Вот взамен и курю так много,

- сказала она и опять закурила свой "Seven Star". - да, зови меня Рэйко.

И что тут плохого? Вполне ра...

uchi — Mon, 24 Jun 2013 02:45:05 GMT

что тут плохого? Вполне разумно. Нельзя же запереться в комнате и одним

онанизмом заниматься?

- Но если ты правда любишь эту девушку, разве нельзя потерпеть, Ватанабэ?

- Может и можно, - сказал я и поднес ко рту политую сливочным соусом рыбину.

- Тебе мужских сексуальных проблем не понять, - сказал Нагасава Хацуми. -

Вот я, например, уже три года с тобой встречаюсь, и все это время сплю то с

одной дечонкой, то с другой. Но у меня об этих девушках никаких воспоминаний

не остается. Ни имен, ни лиц не помню. С каждой ведь только по разу сплю.

Встретился, переспал, расстался - вот и все. Что в этом плохого?

- Что я в тебе не переношу, так это вот этот твой эгоизм, - негромко сказала

Хацуми. - Проблема не в том, спишь ты с другими девушками или не спишь. Я

разве хоть раз на тебя сердилась за то, что ты с другими девушками

развлекаешься?

- Это развлечением даже назвать нельзя. Это просто игра, вот и все. Никто же

не страдает.

- Я страдаю, - сказала Хацуми. - Почему тебе меня одной не хватает?

Нагасава некоторое время молча болтал в руке стакан с виски.

- Не не хватает. Это совсем другого порядка вещи. Есть в моем теле какая-то

жажда, от которой мне всего этого хочется. Если ты от этого страдаешь,

извини. Дело вовсе не в том, что мне тебя одной не хватает. Но я кроме как с

этой жаждой жить не могу, это и есть я. Ничего с этим не сделаешь.

Хацуми наконец взяла вилку с ложкой и начала есть рыбу.

- Но Ватанабэ по крайней мере в это не втягивай.

- Мы с Ватанабэ в чем-то похожи, - сказал Нагасава. - Ватанабэ тоже, как и

я, подлинного интереса ни к кому, кроме себя, не испытывает. Есть между нами

и разница, конечно, типа эгоист или не эгоист. Но ни к чему, кроме того, что

он сам думает, что он сам чувствует и как он сам поступает, у него интереса

нет. Поэтому он может воспринимать себя в отрыве от других. Вот этим мне

Ватанабэ и нравится.

И ничего супервкусного тут нет...

uchi — Mon, 24 Jun 2013 02:44:54 GMT

И ничего супервкусного тут нет, места много, народу

толпа, чувствуешь себя, как дура, дышать нечем. Но иногда хочется сюда

прийти.

- Мне эти два месяца тоскливо было, - сказал я.

- Об этом я и в письме прочла, - сказала она невыразительным голосом. -

Давай пообедаем сначала. Я сейчас ни о чем больше думать не могу.

Мы съели дочиста обеденные наборы в крашенных деревянных посудинах

полукруглой формы, выпили бульон и попили чай. Мидори закурила. Докурив

сигарету, она встала, не говоря ни слова, и взяла в руки зонт. Я тоже

поднялся следом за ней и взял зонт.

- А теперь куда пойдем? - спросил я.

- Раз пришли в универмаг и пообедали, теперь на крышу, естественно, -

сказала Мидори.

На крыше под дождем никого не было. В лавке товаров для домашних животных

продавца не было, остальные лавки тоже были закрыты.

С зонтами в руках мы прогулялись среди вымокших насквозь карусельных

лошадок, деревянных скамеек и просто между лавками. Для меня было шокирующей

новостью, что в центре Токио может быть настолько брошенное всеми место без

единой души. Мидори сказала, что хочет посмотреть в подзорную трубу. Я

бросил монету и подержал зонтик, пока она смотрела.

В углу на крыше была крытая игровая площадка, где в ряд стояло несколько

детских игровых автоматов. Мы присели на имевшуюся там деревянную подпорку

для ног и стали смотреть, как идет дождь.

- Расскажи что-нибудь, - сказала Мидори. - Тебе же есть, что сказать?

- Я оправдываться не хочу, но я тогда не в себе был и не соображал ничего.

Потому и не мог воспринимать все как следует, - сказал я. - Но когда не смог

с тобой встречаться, осознал. Осознал, что до сих пор как-то держался

благодаря тому, что ты была. Без тебя было так одиноко и тоскливо!

- А ты знаешь, как мне эти два месяца больно было и тоскливо, пока я с тобой

встречаться не могла?

- Чего не знал, того не знал, - пораженно сказал я.

То ли шутишь, то ли серьезно г...

uchi — Mon, 24 Jun 2013 02:44:41 GMT

То ли шутишь, то ли серьезно говоришь.

Она докурила сигарету где-то до половины, подперев рукой подбородок, затем с

усилием раздавила окурок в пепельнице. Потом стала тереть пальцами глаза,

точно в них попал дым.

- девушка должна сигарету поизящнее тушить, - заговорил я. - А то прямо

некультурно как-то. Не надо ее силой гасить, берешь и тушишь потихонечку, с

краешку начиная. Не надо ее так давить. А то как-то слишком получается. И

никогда не надо из носа дым выпускать. И нормальные девушки, когда с парнем

вдвоем обедают, про то, как три месяца в одном лифчике ходили, не

рассказывают.

- А я вот такая, - сказала она, потирая переносицу. - Не получается у меня

курить, как надо. Иногда балуюсь просто, а привыкнуть не могу. Еще что

скажешь?

- девушки "Мальборо" не курят.

- Какая разница? Какие не кури, одна и та же гадость.

Она покрутила твердую пачку "Мальборо" в руках.

- С прошлого месяца курить стала. Честно говоря, не то что сильно курить

хотелось, просто из любопытства.

- А что вдруг решилась?

Она сложила руки на столе и на минуту задумалась.

- Ну как что... А ты куришь?

- В июне бросил.

- Почему?

- да надоело. Кончились ночью сигареты, например, и мучаешься потом, и все

такое. Вот и бросил. Не особо люблю от чего-то вот так зависеть.

- Вот с виду и не скажешь, а ты, оказывается, на вещи так серьезно смотришь,

да?

- Не знаю, может и так. Потому, может, и люди ко мне особо не тянутся, из-за

характера такого. Всегда такой был.

- Это потому, что кажется, что тебе все равно, что ты кому-то не нравишься.

Некоторые, может быть, тебя и не любят поэтому, - сказала она неуверенно,

подперев подбородок рукой. - А вот мне нравится с тобой говорить, и как ты

говоришь по-особому. Вот как сейчас : "Не особо люблю от чего-то зависеть".

Я помог ей помыть посуду. Стоя рядом с ней, я спросил ее, протирая тряпкой и

ставя в сушилку посуду, которую она уже помыла :

- А твои все куда ушли сегодня?

- Мама на кладбище.

Без его помощи, думаю, у мен...

uchi — Mon, 24 Jun 2013 02:44:30 GMT

Без его помощи, думаю,

у меня было бы гораздо больше проблем и неудобств в общежитии.

Однако я никогда не раскрывался перед ним до конца, в чем наши с ним

отношения качественно отличались от отношений с Кидзуки. После того, как я

стал свиделем сцены, когда Нагасава пьяный грязно приставал к какой-то

девушке, я твердо решил, что откровенничать с этим парнем не буду никогда. О

Нагасаве в общежитии ходило несколько легенд. Во-первых, рассказывали, что

он как-то съел двух или трех слизняков, а еще что у него член был

чрезвычайно больших размеров, и он переспал более чем с сотней женщин.

История про слизняков была истинной. Я спросил его, и он ответил :

- Да, правда, трех таких здоровенных проглотил.

- А зачем ты их съел?

- Ну, сложная была ситуация, - рассказывал он. - Я в это общежитие когда

заселился, между новичками и старшекурсниками кое-какие стычки были. В

сентябре дело было, что ли. Ну, я и пошел к старшекурсникам на разборки от

молодых. Ребята были из "правых", с палками для кендо приперлись, какая уж

там, нафиг, разборка? И я сказал : "Хорошо, если уж мне отвечать, давайте я

сделаю, что вы скажете. Но потом разойдемся по-хорошему." Они мне : "Ну

проглоти слизнячка!" Я им : "Ладно, проглочу." И проглотил. Таких здоровых

где-то откопали, козлы!

- И каково это?

- Каково, блин. Да кто не пробовал эту фигню проглотить, тот не поймет,

каково это. Как он в глотку проскальзывает, как в желудок потом спускается,

этого словами не скажешь. Холодный, вкус от него потом во рту мерзкий

остается. Как вспомню, черт, аж передергивает. Из последних сил держался,

чтобы не блевануть. Выблюй его, потом заново глотать бы пришлось. Так троих

и слопал.

- А потом?

- Пошел, ясно, в комнату да воды с солью выпил. А что еще делать?

- Ну да.

- Но после этого никто на меня пикнуть не мог. Ни старшекурсники, никто.

Я думаю, что не отвернись я от...

uchi — Mon, 24 Jun 2013 02:44:16 GMT

Я думаю, что не отвернись я от нее на полпути,

результат был бы тот же самый. Но несмотря на это я самого себя простить не

могу. Вы говорите, что раз это естественный душевный позыв, то с этим ничего

поделать нельзя, но наши с Наоко отношения были не такими простыми. Если

задуматься, мы с самого начала были повязаны на краю жизни и смерти.

- Если ты чувствуешь какую-то боль из-за смерти Наоко, то тебе следует

впредь хранить у себя эту боль, пока ты живешь. Поэтому если тебе есть, чему

поучиться, пусть она тебя научит. Но независимо от этого ты должен обрести

счастье с Мидори. Твоя боль ведь не связана с Мидори. Если ты и дальше

будешь заставлять ее страдать, то тогда уже действительно случится что-то

непоправимое. Поэтому хоть это и тяжело, но надо быть сильным. Надо еще

немного подрасти и стать взрослым. Я специально ушла оттуда и приехала сюда,

чтобы сказать тебе это. В такую даль приехала в этом гробу на рельсах.

- Я хорошо понимаю, что вы хотите мне сказать, - сказал я. - Только я к

этому пока еще не готов. Уж слишком мерзкие были похороны... Не должен

человек так умирать.

Рэйко протянула руку и погладила меня по голове.

- Все мы когда-то так умрем, и я, и ты.

Мы прошли пешком минут пять по дороге вдоль реки до сауны и домой вернулись

немного взбодрившимися. Мы уселись на веранде и стали пить вино. - Ватанабэ,

принеси-ка еще один стакан.

- Ладно. А зачем?

- Будем с тобой сейчас вдвоем похороны Наоко справлять, - сказала Рэйко. -

Чтобы не мерзкие были похороны.

Я принес стакан, Рэйко наполнила его вином и отнесла и поставила на каменный

фонарь в саду. Затем она села на веранде, взяла гитару, прислонилась к

столбу и закурила.

- Спички еще принеси, если есть. Подлинее только.

Я принес большую коробку спичек из кухни и уселся рядом с ней.

- Теперь клади спички в ряд по одной на каждую песню, что я сыграю.

Правильно ли я с Наоко поступи...

uchi — Mon, 24 Jun 2013 02:44:04 GMT

Правильно ли я с Наоко поступил, когда

она в Токио была... Я об этом много думал, но до сих пор не знаю.

- Этого и я не знаю, - сказала Рэйко. - Наоко ведь и сама тоже не знает. Об

этом вам надо вдвоем поговорить, а потом решить, так ведь? Если что-то и

было, это ведь можно и в хорошую сторону повернуть. Когда сможете друг друга

понять, тогда ведь можно будет об этом опять подумать, правильно это было

или как.

Я кивнул.

- Я думаю, мы втроем сможем друг другу помочь. Ты, Наоко и я. Надо только

искренне захотеть помочь друг другу. Если мы будем стараться вот так втроем,

то, в зависимости от ситуации, результат будет ощутимый. Ты сколько сможешь

здесь оставаться?

- Послезавтра к вечеру надо в Токио быть. На работу надо, да и экзамен по

немецкому в четверг.

- Ясно, тогда спи в нашей квартире. Тогда и тратиться не надо, и поговорить

можно спокойно, не глядя на время.

- В нашей, это в чьей?

- В моей с Наоко, в чьей же еще? Комнаты раздельные, и диван есть

раскладной, так что с ночевкой проблем нет, не волнуйся.

- Но все-таки, это разве удобно? Мужчина, в женской квартире...

- А что, ты же не собираешься в час ночи войти и изнасиловать нас по

очереди?

- Нет, конечно.

- Тогда никаких проблем нет. Спи в нашей квартире, и разговаривайте спокойно

обо всем. Так будет лучше. Только так друг друга понять можно будет, да и

как я на гитаре играю послушать. Я знаешь как хорошо играю?

- Но это правда удобно?

Рэйко зажала во рту третью сигарету "Seven Star", с усилием сжала губы и

закурила.

- Мы вдвоем об этом уже договорились. Поэтому я сейчас тебя приглашаю от

имени нас двоих, хоть это и личное ваше дело. Уж теперь-то стоило бы вежливо

согласиться, как ты думаешь?

- Конечно, с удовольствием.

Она некоторое время смотрела на меня, и морщинки у ее глаз при этом стали

глубже.

- Как странно ты разговариваешь, - сказала она.

I only felt lonely, you know.)

uchi — Mon, 24 Jun 2013 02:43:51 GMT

I only felt lonely, you know.)

Я улыбнулся.

- Что ж, со мной тоже так бывает иногда. Я понимаю, о чем вы. (Well, I feel

same way same thing, once in a while. I know what you mean.)

Сказав так, она поднялась, качая головой, и весело улыбнулась.

- Желаю вам приятного путешествия. до свидания! (I hope you'll have a nice

trip. Auf Wiedersehen!)

Я тоже сказал :

- Auf Wiedersehen!

даже теперь, спустя 18 лет, я могу совершенно ясно представить себе то поле.

Горы, с которых несколько дней ливший дождь смыл накопившуюся за лето пыль,

оделись глубокой свежей синевой, октябрьский ветерок слегка шевелил листья

мискантуса, длинные облака висели в ясном синем небе, точно снежные сугробы.

Небо было высоким-высоким, до рези в глазах. Ветерок перебежал поле, слегка

разметал волосы девушки и удрал в рощицу.

Шелестели листья деревьев, вдалеке слышен был лай собаки. Точно неясный и

еле слышный плач, доносящийся словно из-за двери в другой мир. Больше

никаких звуков не было. Больше никакие звуки нашим ушам не были слышны.

Ни один человек нам не встретился. Только две красные птички взлетели

посреди поля, словно испугавшись чего-то, и в глаза бросились лишь

уносящиеся в рощицу их силуэты. Пока мы шли, Наоко рассказала мне историю

про колодец.

Все-таки странная вещь - память. Реально находясь там, я и внимания-то почти

на эти картины не обращал. Не чувствовал я особых впечатлений от пейзажа и

уж тем более никак не думал, что буду помнить его так ясно спустя 18 лет.

Откровенно говоря, тогда мне все эти пейзажи были безразличны.

Я думал о себе, думал о прекрасной девушке, шагавшей тогда рядом со мной,

думал о нас с ней. И опять о себе. В то время куда ни посмотришь, что ни

почувствуешь, о чем ни подумаешь, в итоге все, как бумеранг, возвращалось к

самому себе, такой это был возраст.

И еще я был влюблен. Эта любовь затягивала меня в жуткие дебри.